Если даже амишей не защищает свобода вероисповедания, то кого тогда защищает Конституция США?

Представьте общину, которая живет почти отдельно от современного мира: ее представители избегают многих технологий, носят традиционную одежду, работают на земле, отправляют детей в собственные школы и стараются строить жизнь по религиозным правилам, которые передаются из поколения в поколение. Это амиши — одна из самых необычных и закрытых религиозных общин США. Теперь они оказались в центре спора, который выходит далеко за рамки вопроса о вакцинации: может ли государство заставить их прививать детей, если это противоречит их религиозным убеждениям? И если Первая поправка к Конституции США не защищает амишей в такой ситуации, то где вообще проходит граница свободы вероисповедания?

Почему тихая община оказалась в центре громкого спора?

В США разгорелся спор, который на первый взгляд может показаться очередной дискуссией о вакцинации. Но на самом деле вопрос гораздо шире. В центре дела — амиши, небольшая религиозная община, представители которой сознательно стараются держаться подальше от многих норм современной жизни. И теперь Верховному суду США предстоит решить, может ли государство требовать вакцинации детей амишей, посещающих религиозные школы, несмотря на их религиозные возражения.

Амиши — потомки европейских анабаптистов, переселившихся в Северную Америку несколько веков назад. Сегодня они живут преимущественно в сельских районах США и известны стремлением сохранять традиционный уклад жизни. Многие общины ограничивают использование современных технологий, делают ставку на ручной труд, сельское хозяйство и тесные семейные связи. Дети обычно воспитываются внутри общины, а образование и повседневная жизнь строятся с учетом религиозных убеждений. При этом амиши не пытаются заставить остальных американцев жить так же.

Именно поэтому нынешний спор приобрел конституционное значение.

Сторона, выступающая в защиту амишей, утверждает: если государство может заставить религиозную общину отказаться от принципов, которым она следовала поколениями, то что остается от гарантированной Конституцией свободы вероисповедания?

Первая поправка к Конституции США запрещает государству устанавливать официальную религию и одновременно защищает право людей свободно исповедовать свою веру. Вопрос заключается в том, насколько далеко распространяется эта защита, если религиозные убеждения вступают в противоречие с требованиями государства.

Для амишей это особенно чувствительный вопрос. Они не требуют, чтобы остальные американцы отказались от вакцинации. Они не пытаются изменить государственную систему образования и не требуют распространить свои религиозные правила на общество. Речь идет о собственных детях и собственных религиозных школах.

Но у государства есть противоположный аргумент: требования о вакцинации могут рассматриваться как мера защиты здоровья детей и общества в целом. Именно здесь сталкиваются две ценности — право государства устанавливать определенные правила в сфере общественного здоровья и право религиозных общин жить в соответствии со своей верой.

У Верховного суда уже был случай, когда речь шла о праве амишей самостоятельно определять, как воспитывать своих детей.

В 1972 году в деле «Висконсин против Йодера» суд постановил, что штат не может заставлять семьи амишей отправлять детей в школу после восьмого класса, если такое требование существенно нарушает их религиозный уклад. Судьи признали, что для амишей образование в подростковом возрасте вне общины противоречило их религиозным принципам и образу жизни.

Спустя более полувека перед судом оказался другой, но схожий по сути вопрос: если Конституция защищает право амишей воспитывать детей в соответствии со своей верой, распространяется ли эта защита на отказ от обязательной вакцинации?

Это дело уже доходило до Верховного суда. Однако вместо окончательного решения суд отменил постановление Второго окружного апелляционного суда и отправил дело на новое рассмотрение с учетом другого недавнего решения — «Махмуд против Тейлора», также связанного с религиозной свободой. После повторного рассмотрения апелляционный суд фактически сохранил прежнюю позицию. Теперь спор вновь может оказаться перед Верховным судом.

Для сторонников амишей проблема заключается не только в вакцине.

Они опасаются, что если государство получит право игнорировать религиозные возражения в одном случае, со временем подобных исключений станет больше. Сегодня речь идет о вакцинации, завтра — об образовании, медицинских процедурах или других требованиях, которые могут противоречить убеждениям отдельных религиозных групп.

Автор этого комментария, Молли Энгельхарт, сама выступает против вакцинации. Она пишет, что никогда не была вакцинирована, не прививала своих детей и обучает их дома. Ее семья выращивает часть продуктов самостоятельно, держит скот и старается вести максимально самостоятельный образ жизни.

При этом Энгельхарт признает, что ее семья далеко не амиши. Она пользуется смартфоном, водит автомобиль, владеет бизнесом и ежедневно использует современные технологии. Но, по ее словам, ей близко стремление амишей строить собственную жизнь в соответствии с убеждениями, а не просто принимать нормы, которые предлагает современное общество.

Отдельный аргумент связан с происхождением некоторых компонентов и технологий, использовавшихся при разработке или производстве отдельных вакцин. Некоторые противники вакцинации считают неприемлемым использование клеточных линий, исторически связанных с абортированными плодами, в отдельных этапах исследований, тестирования или производства медицинских препаратов. Для людей, считающих жизнь священной, это может становиться вопросом религиозной совести.

Однако здесь возникает главный конституционный вопрос: должно ли государство самостоятельно решать, какие религиозные убеждения достаточно серьезны, чтобы заслуживать защиты?

Если чиновники получают право определять, какое религиозное возражение является «достаточно убедительным», свобода вероисповедания рискует превратиться из конституционного права в исключение, которое государство предоставляет по своему усмотрению.

Именно поэтому дело амишей вызывает интерес далеко за пределами их небольшой общины.

Американская Конституция была создана не для защиты только тех убеждений, которые популярны среди большинства. В этом и заключается одна из главных идей свободы: человек должен иметь право придерживаться взглядов даже тогда, когда окружающие с ними не согласны.

Но свобода никогда не бывает абсолютно безграничной. Государство вправе вмешиваться в жизнь граждан, когда необходимо защищать других людей, их безопасность и здоровье. Поэтому главный вопрос для суда — где именно проходит граница между этими интересами.

Иными словами, Верховному суду не обязательно соглашаться с амишами. Ему не обязательно поддерживать позицию противников вакцинации. Но ему придется ответить на более фундаментальный вопрос: насколько далеко может зайти государство, когда его требования вступают в прямой конфликт с религиозными убеждениями человека?

Для амишей это спор о том, смогут ли они продолжать жить так, как жили их родители, деды и предки.

Для американского общества — проверка того, насколько реальной остается конституционная защита свободы вероисповедания.

Именно поэтому дело, которое началось с вопроса о вакцинах и детях в нескольких религиозных школах, может в итоге оказаться спором о гораздо большем — о том, где заканчивается власть государства и начинается право человека жить по собственной совести.